iron_vobla (iron_vobla) wrote,
iron_vobla
iron_vobla

Category:

уроки соблазнения



Внимание, трюки выполнены профессионалами, не пытайтесь повторить в домашних условиях! (с))
Ну а почерк автора сложно не узнать, обожаю!


1.
Зарецкого раздирали противоречивые страсти. Он добивался женщин, но при этом всячески их унижал. Его изысканные комплименты перемежались оскорблениями. Шаловливые заигрывания уступали место взволнованным нравственным проповедям. Зарецкий горячо взывал к морали, тотчас же побуждая ее нарушить. Кроме того, он был немолод. Самолеты называл аэропланами, как до войны…
Он ел зефир, пил кофе и любовался Марусиными ногами. Полы ее халата волнующе разлетались. Две верхние пуговки ночной сорочки были расстегнуты.
Зарецкий поинтересовался:
— Чем изволите зарабатывать на пропитание?
— Я еще не работаю, — ответила Маруся.
— А чем, ежели не секрет, планируете заниматься в будущем?
— Не знаю. Я, вообще-то, музработник.
— С вашими данными я бы подумал о Голливуде.
— Там своих хватает. А главное — им уж больно тощие нужны.
— Я поговорю с друзьями, — обещал Зарецкий.
Потом он сказал:
— У меня к вам дело. Я заканчиваю работу над книгой «Секс при тоталитаризме». В этой связи мной опрошено более четырехсот женщин. Их возраст колеблется от шестнадцати до пятидесяти семи лет. Данные обработаны и приведены в систему. Короче — я буду задавать вопросы. Отвечайте просто и без ложной застенчивости. Думаю, вы понимаете, что это — сугубо научное исследование. Мещанские предрассудки здесь неуместны. Садитесь.
Зарецкий вытащил портфель. Достал оттуда магнитофон, блокнот и авторучку. Корпус магнитофона был перетянут изоляционной лентой.
— Внимание, — сказал Зарецкий, — начали.
Он скороговоркой произнес в микрофон:
— Объект четыреста тридцать девять. Шестнадцатое апреля восемьдесят пятого года. Форест-Хиллс, Нью-Йорк, Соединенные Штаты Америки. Беседу ведет Натан Зарецкий.
И дальше, повернувшись к Марусе:
— Сколько вам лет?
— Тридцать четыре.
— Замужем?
— В разводе.
— Имели половые сношения до брака?
— До брака?
— Иными словами — когда подверглись дефлорации?
— Чему?
— Когда потеряли невинность?
— А-а… Мне послышалось — декларация…
Маруся слегка раскраснелась. Зарецкий внушал ей страх и уважение. Вдруг он сочтет ее мещанкой?
— Не помню, — сказала Маруся.
— Что — не помню?
— До или после. Скорее все-таки — до.
— До или после чего?
— Вы спросили — до или после замужества.
— Так до или после?
— Мне кажется — до.
— До или после венгерских событий?
— Что значит — венгерские события?
— До или после разоблачения культа личности?
— Вроде бы после.
— Точнее?
— После.
— Хорошо. Вы занимаетесь мастурбацией?
— Раз в месяц, как положено.
— Что — как положено?
— Ну, это… Женские дела…
— Я спрашиваю о мастурбации.
— О Господи! — сказала Маруся.
Что-то мешало ей остановить или даже выпроводить Зарецкого. Что-то заставляло ее смущенно бормотать:
— Не знаю… Может быть… Пожалуй…
С нарастающим воодушевлением Зарецкий говорил:
— Отбросить ложный стыд! Забыть о ханжеской морали! Человеческая плоть священна! Советская власть лишает человека естественных радостей! Климакс при тоталитаризме наступает значительно раньше, чем в демократических странах!..
Маруся кивала:
— Еще бы…
Зарецкий вдруг совсем преобразился. Начал как-то странно шевелить плечами, обтянутыми лиловой бобочкой. Вдруг перешел на звучный шепот. Задыхаясь, говорил:
— О Маша! Ты — как сама Россия! Оскверненная монголами, изнасилованная большевиками, ты чудом сохранила девственность!.. О, пусти меня в свою зеленую долину!
Зарецкий двинулся вперед. От его кримпленовых штанов летели искры. Глаза сверкали наподобие хирургических юпитеров. Магнитофон затих, тихонько щелкнув.
— О, дай мне власть, — шептал Зарецкий, — и я тебя прославлю!
Маруся на секунду задумалась. Пользы от этого болтливого старика — не много. Радости — еще меньше. К тому же надо спешить за ребенком.
Зарецкий положил ей руки на талию. Это напоминало приглашение к старомодному бальному танцу.
Маруся отступила. Ученый человек, и так себя ведет. А главное, пора идти за Левой…
Зарецкий был опытным ловеласом. Его тактические приемы заключались в следующем. Первое — засидеться до глубокой ночи. Обнаружить, что автобусы не ходят. Брать такси — дороговато… Далее — «Разрешите мне посидеть в этом кресле?» Или — «Можно я лягу рядом чисто по-товарищески?..» Затем он начинал дрожать и вскрикивать. Оттолкнуть его в подобных случаях у женщин не хватало духа. Неудовлетворенная страсть могла обернуться психическим расстройством. И более того — разрывом сердца.
Зарецкий плакал и скандалил. Угрожал и требовал. Он клялся женщинам в любви. К тому же предлагал им заняться совместной научной работой. Порой ему уступали даже самые несговорчивые.
Так бывало ночью. В свете дня приемы часто оказывались недействительными.
Маруся сказала:
— Я скоро приду.
Через минуту появилась, одетая в строгий бежевый костюмчик.
Зарецкий, хмурясь, уложил магнитофон в портфель. Затем таинственно и мрачно произнес:
— Ты — сфинкс, Мария!
— Почему же свинство?! — рассердилась Муся. — Это что еще за новости! А если я люблю другого?
Зарецкий саркастически расхохотался, взял жетон на метро и ушел.

2.
Сначала Рафаэль был для Маруси — улицей, особенностью пейзажа. Принадлежностью данного места наряду с витриной фирмы «Рейнбоу», запахом греческих жаровен или хриплым басом Адриано Челентано.
Сначала Рафаэль был обстоятельством места и времени.
Затем оказалось, что Маруся сидит в его разбитом автомобиле. Что они возвращаются из ресторана «Дель Монико». Что Левушка уснул в машине. И что рука с фальшивым перстнем гладит Мусину ладонь.
— Ноу, — сказала Муся.
И переложила чью-то руку на горячее сиденье.
— Вай нот? — спросил латиноамериканец.
И ласково потрогал ее округлое колено.
— Ноу, — сказала Муся.
И прикрыла его рукой свою ладонь.
— Вай нот? — спросил латиноамериканец.
И потянулся к вырезу на ее блузке.
— Ноу.
Она переложила его руку на колено.
— Вай нот?
Он положил ей руку на бедро.
— Ноу.
Маруся потянула вверх его ладонь.
— Вай нот?..
Одна его рука возилась с пуговицами на блузке. Вторая с некоторым упорством раздвигала ей колени.
Маруся успела подумать: «Как он ведет машину? Вернее — чем?..»
Автомобиль тем не менее двигался ровно. Только раз они задели борт чужого «мерседеса».
При этом рук своих латиноамериканец так и не убрал. Лишь шевельнул коленями.
— Ты ненормальный, — она старалась говорить погромче, — крейзи!
Рафаэль, не останавливая машины, достал из кармана синий фломастер. Приставил его к своей выпуклой груди, обтянутой нейлоновым джемпером. Быстро нарисовал огромных размеров сердце. И сразу полез целоваться.
Теперь он развернулся к Мусе целиком. Руль поворачивал (как утверждает Муся) своим не очень тощим задом…
Приглашать его домой Маруся не хотела. Она стеснялась пустой квартиры.
Левушка спал в продавленном дерматиновом кресле. Сама Маруся — на погнутой раскладушке. Все это мы когда-то притащили с улицы.
В холодильнике лежали голубоватые куриные ноги. И все. Какие уж тут могут быть гости?!
Затем произошло следующее. Рафаэль откинул багажник. Извлек оттуда свернутый колесом матрас в полиэтиленовом чехле. За ним — бутылку рома, связку пепси-колы, четыре апельсина и галеты.
Матрас был совершенно новый, в упаковке.
К этому времени Маруся перестала удивляться. Она спросила:
— Как тебя зовут? Вот из ер нейм?
В ответ прозвучало:
— Рафаэль Хосе Белинда Чикориллио Гонзалес.
— Коротко и ясно, — сказала Маруся, — буду звать тебя Рафа.
— Рафа, — подтвердил латиноамериканец.
Затем добавил:
— Мусья!
Еду и выпивку он быстро рассовал по карманам. Левушку тащил на плече. Матрас (я лично верю этому!) катился сам.
К тому же свободной рукой латиноамериканец поглаживал Мусю. При этом курил и галантно распахивал двери.
Вдруг Маруся уловила странное потрескивание. Прислушалась. Как выяснилось, это штаны латиноамериканца трещали от напора буйной плоти.
Следует отметить еще и такую подробность. Когда они выходили из лифта, мальчик неожиданно проснулся. Он посмотрел на Рафаэля безумными, как у месячного щенка, глазами и спросил:
— Ты кто? Мой папа?
И что, вы думаете, ответил латиноамериканец? Латиноамериканец ответил:
— Вай нот?

Сергей Довлатов, «Иностранка»
Tags: art, МиЖ, диалоги, рекомендед
Subscribe

  • (no subject)

  • опрос

  • где купить попугая

    и что будет если не перевернуть После информационного перегруза сижу пью чай, страдаю фигней и мучаю яндекс вопросами, которые после ответов только…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 8 comments